Валерий Калинкович: все противоправные дороги ведут в суд

Социум Тема дня

В 2016 году штатная нагрузка в белорусских судах общей юрисдикции превысила 70 дел и материалов в месяц — это больше, чем годом ранее. Зато по экономическим судам она уменьшилась с более чем 150 дел и материалов до 126. В целом же в 2016-м в производстве судов нашей страны находилось 48080 уголовных дел. Осуждено 44770 человек, что на 1050 лиц, или 3,1 процента, больше, чем в 2015-м. Заметим, что многие процессы вызвали широкий общественный резонанс и подробно освещались в средствах массовой информации. Об итогах работы судов общей юрисдикции в 2016 году и задачах по дальнейшему совершенствованию их деятельности на днях рассказал первый заместитель председателя Верховного Суда Республики Беларусь Валерий КАЛИНКОВИЧ.

Загружены в два раза больше положенного
В Верховном Суде отмечают: сложность поступивших в суды уголовных дел повышается. Об этом свидетельствует уменьшение на 18 процентов в прошлом году количества их рассмотрения в сокращенном порядке судебного следствия, предусматривающего очевидность обстоятельств совершенных преступлений. Всего в таком порядке рассмотрено 11841 уголовное дело. Между тем нагрузка на белорусских судей в двое выше, чем положено.

— У нас на одного судью первой инстанции приходится около 8 тысяч человек — это почти в 2 раза превышает критерий нагрузки, принятый в целом ряде стран, — говорит Валерий Калинкович. — В Минске этот показатель вообще превышает 10 тысяч человек на одного судью. Однако расширять штаты не планируется. В прошлом году Президент поддержал наши идеи о перераспределении численности судей из одного региона в другой, в частности, в экономические суды, потому что там нагрузка зашкаливала. Если говорить о минских судах, мы работаем над решением проблемы за счет внутренних ресурсов судебной системы.

Что касается зарплаты судей, то, по словам представителя ВС, она достойная. Однако суммы он не уточнил. Чем же работа судей в прошлом году отличалась от прежней? Оказывается, структура судимости в целом по сравнению с 2015-м претерпела некоторые изменения. Основную массу составляют менее тяжкие и не представляющие большой общественной опасности преступления. Наибольшее количество лиц осуждено за совершение хищений имущества различными способами (37,2 процента) и уклонение родителей от содержания детей либо от возмещения расходов, затраченных государством на их содержание (14,9 процента). При этом уменьшилось число осужденных за преступления, связанные с незаконным оборотом наркотических средств, психотропных веществ, их прекурсоров или аналогов, составив
8 процентов в общей структуре. За преступления против общественного порядка и общественной нравственности осуждены 2945 лиц (6,5 процента), за уклонение от отбывания различных видов наказаний — 2950, или те же 6,5 процента.

569 человек осуждено за совершение преступлений коррупционной направленности — на 17,3 процента больше, чем в 2015-м. 1287 лиц наказаны за управление автомобилем в состоянии алкогольного или наркотического опьянения — это почти на четверть меньше, чем годом ранее. Кстати, более 18000 граждан совершили преступления в состоянии алкогольного или наркотического опьянения, что составляет 40,2 процента от общего числа осужденных.

Шансов на оправдание мало?
Создание в нашей стране Следственного комитета в свое время положило начало коренной реформе белорусской правоохранительной системы. Напомним, что решение об этом было принято 2 августа 2011 года на проведенном под руководством главы государства Александра Лукашенко совещании по вопросу совершенствования системы органов предварительного расследования.

— С созданием Следственного комитета оправдательных приговоров в Беларуси стало меньше, — утверждает Валерий Калинкович. — Если в 2015 году на одного оправданного по уголовному делу в нашей стране приходилось 400 осужденных, то в 2016-м — 540. Но кто бы мне сказал, сколько должно быть оправдательных приговоров? Не знаю, 83 оправданных в прошлом году для страны с 9-миллионным населением — это много или мало? Я не могу запрограммировать судебную систему на конкретный удельный вес оправдательных приговоров. Каждое дело приходит на стол и рассматривается.

По словам специалиста, небольшая доля оправдательных приговоров является в первую очередь результатом вышеупомянутой реформы правоохранительных органов. Она четко разделила компетенцию Следственного комитета, который расследует преступления, и прокуратуры, которая поддерживает обвинение в суде.

— Оправдательный приговор — это здорово, суд защитил права человека, — считает Валерий Калинкович. — Но уголовное преследование начинается не в суде, а с возбуждением дела, что в ряде случаев ставит человека в режим ограничения прав. Стратегическая задача правоохранительных органов — не привлекать к уголовной ответственности необоснованно — по большей части выполняется. Потому что невозможно запрограммировать результат судебного разбирательства, пока разбирательство не состоялось и суд не ушел в совещательную комнату выносить приговор. Искусственных оправдательных приговоров не должно быть, как и необоснованных обвинительных.

Первый заместитель председателя Верховного Суда Республики Беларусь Валерий КАЛИНКОВИЧ констатирует: штат работников районных судов, можно сказать, минимален и резерва для его дополнительной оптимизации сегодня просто нет.

Исключительная мера — исключение из правил
В прошлом году в Беларуси получила продолжение практика вынесения смертных приговоров. Несмотря на то, что их количество по пальцам можно пересчитать, нашу страну критикуют на Западе за невведение моратория на казнь.

— Сегодня смертная казнь — исключительная мера наказания, и именно так она применяется судами, — отмечает Валерий Калинкович. — Ни больше ни меньше. Достаточно широко применяется и альтернатива смертной казни — пожизненное заключение. Вопрос отмены смертной казни не является правовым, он носит социально-политиче-
ский характер и должен решаться соответствующими структурами. Верховный Суд не имеет права на изменение, отмену каких-либо законодательных актов. Мы применяем тот закон, который сегодня существует.

Кстати, 3 февраля Александр Лукашенко во время «Большого разговора с Президентом» заметил, что готов ввести мораторий на смертную казнь, если такую меру поддержит большинство белорусов. Он сказал, что не имеет права отменить исключительную меру наказания или наложить мораторий на ее применение, поскольку проведенный ранее в Беларуси референдум показал: большинство населения поддерживает высшую меру наказания. Вместе с тем глава государства предложил развернуть в обществе дискуссию по этому вопросу, чтобы изучить все за и против.

Апелляционная инстанция себя оправдала
Почти год назад, 27 февраля 2016-го, в нашей стране вступили в силу изменения в уголовно-процессуальное законодательство, которыми установлена такая стадия рассмотрения уголовных дел, как апелляционная инстанция. Апелляционный суд введен в качестве второй инстанции в уголовном процессе вместо кассационной инстанции. Апелляционная жалоба может подаваться на приговор, не вступивший в силу. Задачи суда новой инстанции заключаются в том, чтобы проверить правильность установления фактических обстоятельств уголовного дела и применения законодательства, а также соблюдение судом первой инстанции уголовно-процессуального закона. Проверяется законность, обоснованность и справедливость приговора.

— Если говорить в целом о введении апелляционного производства по уголовным делам, то оно однозначно благотворно сказалось на ситуации, — полагает Валерий Калинкович. — Ведь прежде всего чем и отличается апелляция от советского института кассации, к которому мы за долгие годы привыкли, — гораздо больше стало у суда второй инстанции возможностей не отменять приговор с направлением дела на новое рассмотрение, с повторными судебными заседаниями, с вызовом и допросом всех тех лиц, которые уже были допрошены, а, соблюдая определенные правила и пределы, внести в приговоры изменения непосредственно и, таким образом, окончательно разрешить дело по существу.

Первый заместитель главы ВС Беларуси добавляет, что благодаря новациям годовой давности практически на 40 процентов сократилось количество случаев отмены приговоров с направлением дела на новое судебное разбирательство. Это очень серьезный результат, потому что речь идет о нескольких сотнях уголовных дел, причем не самых простых.

Валерий Калинкович убежден, что в переходе на апелляционное производство для Беларуси нет ничего чрезвычайного, особенно с учетом того, что в подсистеме экономических судов апелляционный порядок пересмотра решений действует уже много лет. Прежде чем предложить такую законодательную новацию, в Верховном Суде изучали ее на примере разных стран. Оказывается, плюсов у нас гораздо больше. Впрочем, уточняет специалист, упомянутый институт работает всего один год, есть определенные вопросы правового свойства, связанные с формированием практики, но они должны решаться в рабочем порядке.

Пожелание журналистам: не навредите!
Широкое освещение в прессе ряда резонансных уголовных дел (возьмем, к примеру, недавний суд над дрифтером с площади Победы в Минске, осужденным в феврале к трем годам лишения свободы) не всегда по душе судебной системе. По мнению специалистов, нередко такая информация граничит с вмешательством в работу суда.

— Комментировать результаты рассмотрения судами конкретных дел — задача очень непростая, в том числе для представителей средств массовой информации, — констатирует Валерий Калинкович. — Что тут сказать? Конечно, какого-то программирования отдельно взятых судей на вынесение конкретных решений по конкретным делам нет и быть не может. Судебная система ежедневно рассматривает порядка 4000 дел. Это первое. Второе — я бы не рекомендовал сопоставлять итоги разных судебных дел по какой-то общей линейке справедливости. В каждом конкретном случае, когда речь идет о криминальном деле или административном правонарушении, законом установлены определенные санкции. Этими санкциями в первую очередь и руководствуется суд.

По мнению первого заместителя председателя Верховного Суда Беларуси, понятие справедливости у каждого свое. А у того самого «минского дрифтера», видимо, свое ощущение допустимости правил поведения в обществе.

Валерий Калинкович также заметил: появление видеокамер в зале судебного заседания иногда вызывает не очень адекватную реакцию и обвиняемых, и потерпевших, но ведь этим людям надо участвовать в судебных заседаниях и защищать свои права. Поэтому, по мнению эксперта, в плане формирования общественного мнения нужен разумный баланс между распространением достоверной информации о том, что происходит, и попытками каким-то образом через распространение этой информации повлиять на ход результатов судебного разбирательства. Верховный Суд заинтересован в том, чтобы информация о правоохранительной и судебной деятельности распространялась прежде всего объективно.

Каждому — по «заслугам»

Незначительное увеличение количества осужденных к наказанию в виде лишения свободы объясняется сохраняющимся высоким уровнем рецидивной преступности, некоторым ростом тяжких и особо тяжких преступлений, и в связи с этим адекватной реакцией судов на изменение общей криминогенной ситуации. Структура уголовных наказаний в Беларуси за 2016 год выглядит следующим образом.
* Общественные работы — 4411 лиц (9,85 процента).
* Штраф — 5196 лиц (11,6 процента).
* Лишение права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью — 217 лиц (0,5 процента).
* Исправительные работы — 2066 лиц (4,6 процента).
* Ограничение свободы — 8182 лица (18,3 процента).
* Арест — 7266 лиц (16,2 процента).
* Лишение свободы — 13759 лиц (30,7 процента).
* Отсрочка исполнения наказания — 1949 лиц (4,35 процента).
* Условное неприменение наказания — 1437 лиц (3,2 процента).
* Без назначения наказания — 29 лиц (0,06 процента).
* Исключительная мера наказания — 4 лица (0,01 процента).
* Пожизненное заключение — 7 лиц (0,016 процента).

Александр НЕСТЕРОВ.



Добавить комментарий