Елена Богдан: никто не рад переплатить за препарат

Медицина Социум Тема дня

Конец зимы и начало весны жители нашей страны ждут со смешанными чувствами: с одной стороны, скоро станет тепло, а с другой — нагрянут простудные заболевания и, возможно, грипп, обострятся сезонные «болячки». Чем лечиться, верить ли медикам, прописывающим дорогие препараты, в то время как в аптеках есть схожие, но подешевле? И надо ли бояться «страшилок» про якобы потенциально опасные лекарства, которые могут вызвать анафилактический шок? На эти и другие вопросы на днях в ходе онлайн-конференции ответила начальник главного управления организации медицинской помощи Министерства здравоохранения Республики Беларусь Елена БОГДАН.

100-процентного импортозамещения не будет
Развитие фармацевтической промышленности нашей страны определено до 2020 года соответствующей программой, куда включены научные разработки ряда лекарственных средств. Речь, в частности, идет и об импортозамещении. Означает ли это, что с каждым годом все труднее будет купить импортные лекарства-аналоги?

— К 2020 году 55 процентов лекарственных средств — в стоимостном выражении — на нашем рынке будут белорусского производства, — говорит Елена Богдан. — Если перевести это на упаковки, то это где-то 65—70 процентов. В ближайшей перспективе стопроцентного замещения импортных лекарств белорусскими не будет. Во-первых, объять необъятное невозможно, это требует гигантских ресурсов. Во-вторых, всегда есть лекарственные средства, которые Беларуси производить нерентабельно хотя бы в связи с тем, что малое количество людей нуждается в них. В-третьих, мы открытая страна, в том числе и для присутствия импортных лекарственных препаратов. Если взять в целом, то у нас в республике зарегистрировано порядка 4600 наименований лекарств, из них 1500—1600 — белорусского производства. Так что пока соотношение примерно один к трем.

В настоящее время в республике в фармацевтических разработках участвуют две группы специалистов, отмечает Елена Богдан. Это группа фармацевтических производителей и группа клинических ученых, которые совместно определяют, что необходимо выпускать в нашей стране. Все зависит от того, какие задачи стоят перед отечественным здравоохранением. Скажем, с ростом продолжительности жизни увеличивается количество пациентов старшего возраста с характерными болезнями сердечно-сосудистой системы, костно-мышечными и онкологическими заболеваниями. На данные лекарственные средства будет уходить значительная часть бюджета системы здравоохранения.

— Приоритетом, конечно, становятся противоопухолевые препараты, — замечает представитель Минздрава. — Сегодня выживаемость детей с разными видами лейкоза достигает 82 процентов, по этому показателю мы занимаем десятое место в мире. Не намного впереди нас Германия, с которой мы вместе разработали клинический протокол по лечению этого заболевания. Нынче начинается программа скрининга в онкологии, которая позволит выявлять новообразования на ранних стадиях. В каких-то случаях будет назначено хирургическое лечение, в каких-то — противоопухолевые препараты. Также особое внимание — заболеваниям ревматоидного спектра, болезням глаза, костно-мышечной системы. По этим направлениям сегодня и работают белорусские ученые.

Откуда разница в цене?
Несмотря на ограничения по «продвижению в массы» лекарственных средств, посетители аптек то и дело сталкиваются с продукцией, так или иначе разрекламированной. В частности, предлагается множество всевозможных БАДов и витаминов. Кое-кто начинает бесконтрольно принимать витамины. Надо ли с этим бороться?

— Я являюсь консерватором в плане назначения витаминов повально всем, — заявляет Елена Богдан. — Дозы, которые предлагаются в составе тех или иных витаминных комплексов, никогда не покроют 100-процент-ную потребность организма. Кроме комплекса должно быть разнообразное питание, обязательно овощи, обработанные и сырые, квашеная капуста, в которой много витамина С. Если у пациента есть гиповитаминоз, если он часто и длительно болеет, если есть заболевания опорно-двигательного аппарата, то ему необходим кальций, витамин Д. В любом случае нужно советоваться с лечащим врачом.

Эксперт согласна с мнением, что на рынке много лекарств одинакового фармакологического свойства, но существенно разнящихся по цене. К примеру, дорогой «Нурофен» и дешевый «Ибупрофен». Или «Азитромицин» — аналог «Сумамеда». Список можно продолжать долго: «Бетагистин» и «Бетасерк», препараты для снижения артериального давления «Флуконазол» и «Дифлюкан»…

— Расходы на рекламу, на продвижение лекарственного средства, на дорогую красивую упаковку будут закладываться в стоимость препарата, — отмечает Елена Богдан. — Сама по себе цель упаковки — сохранять действующее вещество, его свойства, обеспечить ему надлежащие условия хранения. А красная коробка или синяя — это только маркетинг, чтобы привлечь внимание покупателя. Что касается ситуаций, когда врач выписывает одно лекарство, а работник аптеки предлагает взять более дешевый аналог, то рисковать и принимать решение в аптеке неправильно. Но когда назначается лекарственное средство, врач может выписать международное непатентованное название. Фармацевт, соответственно, по международному непатентованному названию может выдать варианты — от дешевого до дорогого, потому что действующее вещество будет одно и то же.

Эксперт делает ремарку: непосредственно на ценообразование влияет несколько факторов. Первый — производится лекарственное средство в стране или завозится из другого государства. Второй — наличие таможенных границ. Третий — стоимость рабочей силы, занятой в производстве того или иного препарата. И четвертый — ограничение предельно допустимых цен в стране, в которую поставляется лекарственное средство. Кстати, в 2015—2016 годах белорусским Минздравом была проведена работа по снижению цены зарубежных аналогов или зарубежных лекарственных средств.

Начальник главного управления организации медицинской помощи Минздрава Беларуси Елена БОГДАН отмечает: в настоящее время около 30 государств покупают белорусские лекарства, включая страны Евросоюза, постсоветского пространства, Африки, Азии.

Не надо бояться аспирина
Побочные реакции на тот или иной препарат в листочках-«сопроводиловках» к лекарственным средствам порой представляют собой внушительный список. Поневоле задумаешься: а стоит ли рисковать? Многих интересует, какое допустимое значение выявленных реакций дает право на выпуск и продажу препарата.

— Конечно, есть международные стандарты, и Беларусь ими руководствуется, как и все страны, входящие во Всемирную организацию здравоохранения, — поясняет Елена Богдан. — Есть Международный центр мониторинга ВОЗ, в который наша республика направляет все выявленные негативные реакции, побочные эффекты, в том числе и анафилактические реакции, которые встречаются при применении тех или иных лекарственных средств. Здесь имеет место накопительный принцип информации. В зависимости от того, насколько серьезные осложнения при лечении тем или иным препаратом выявляются, принимается решение — как на международном, так и на страновом уровне — об ограничении применения тех или иных лекарственных средств.

По словам специалиста, наиболее понятным является ограничение использования аспирина у детей до 16 лет. Это были международные рекомендации, и Беларусь приняла их и внесла изменения в инструкцию по применению данного лекарственного средства. Сегодня он не рекомендуется к назначению детям до 16 лет в связи с возникновением очень редкого, но сложного в диагностическом и прогностиче-ском плане синдрома Лайелла.

Что касается ограничений продаж таких препаратов, как анальгин, аспирин, цитрамон, то представитель Минздрава утверждает: как таковой общемировой практики запрещения этих препаратов не существует. Потому как, к примеру, сам по себе аспирин сегодня входит во все мировые рекомендации, во все стандарты и клинические протоколы прежде всего как вторичная профилактика развития и утяжеления сердечно-сосудистых заболеваний. Вот и в Беларуси всегда четко прописываются показания и противопоказания к приему тех или иных лекарственных средств. Что касается анальгина и цитрамона, которые тоже имеют сходное действие и сходный состав (в цитрамоне присутствует анальгин), то точно так же всегда взвешиваются риск и польза.

Против шока есть приемы
За последние полгода — год общественность Беларуси взбудоражила информация о нескольких случаях смерти пациентов после прививки либо введения препарата. Что делается, чтобы подобное не повторилось?

— Анафилактический шок был, есть и будет, — уверяет Елена Богдан. — Это нельзя предугадать. Всегда есть течение шока, и не важно, это анафилактический, инфекционно-токсический, геморрагический, который развивается молниеносно. Даже при правильных действиях медработников сделать ничего невозможно. Но учеба медработников по действиям во время анафилактического шока и других экстренных ситуаций проводится ежеквартально. Люди проходят тренинги, сдают зачеты.

Кстати, у медицинских работников есть укладки — контейнеры, где все необходимое лежит под рукой, чтобы не искать по разным местам и не тратить время. Эти укладки сформированы в процедурных и прививочных кабинетах, у врачей и медсестер, которые приходят на дом для оказания медицинской помощи, есть они и в стационарах, у скорой помощи. Укладка составляется в соответствии с четким перечнем.

Специалист дает рекомендации касательно действий немедиков, если экстренная ситуация начала развиваться в домашних условиях. Так, если нарушены дыхание и сердцебиение, это фактически начало клинической смерти, и тогда должна проводиться сердечно-легочная реанимация. Если развивается аллергическая реакция, то первое, что мы видим, — это отек. Если есть возможность, надо уколоть эпинефрин, уложить человека, обеспечить доступ свежего воздуха, снять все затрудняющие дыхание вещи, вызвать скорую медицинскую помощь. Диспетчер, который принимает вызов, скажет вам, есть ли необходимость делать еще что-то. Кстати, если вы знаете, что человек страдает аллергией, следует сказать об этом врачу, когда он будет назначать лекарство. Специалист скорректирует дозы либо подберет другой препарат.

Устраивают ли пациентов электронные рецепты?

Система электронного рецепта — один из первых шагов в деле информатизации всего отечественного здравоохранения. В Минздраве планируют, что данный процесс будет проводиться до 2021 года в рамках займа Всемирного банка реконструкции и развития по созданию единой платформы электронного здравоохранения. Предполагается разработать единую медицинскую карту пациента, и одной из ее составляющих станет технология электронного рецепта. За 2016 год в стране было выдано порядка 358 тысяч электронных карт, а рецептов в электронном виде выписано около 650 тысяч.

— Мы проводили опрос медицинских работников, работников аптек и, естественно, потребителей, для которых это все и создавалось, — говорит Елена Богдан. — Конечно, есть пациенты, которые просят, в том числе и в своих письменных обращениях в Минздрав: «Я не хочу пользоваться карточкой, хочу, чтобы у меня остался бумажный рецепт». Но таких единицы. Действительно, люди за долгие годы привыкли к тому, что у них есть рецепт на руках, не все являются пользователями Интернета, не у всех имеются современные мобильные телефоны и познания по их разноплановому применению. Но в целом отзывы об электронных рецептах весьма позитивные.

Александр НЕСТЕРОВ.



Добавить комментарий