Мы помним! Хроника войны в истории моей семьи

Социум

Галина Максимова: «Мой отец расписался на рейхстаге»

Будучи подростком, папа, рискуя собственной жизнью, помогал держать связь подпольщикам и партизанам, носил из города в лес сведения о расположении вражеских солдат и боевой техники, доставлял, пряча на собственном теле, партизанам медикаменты и патроны. В один из таких походов все его ухищрения (насыпал патроны в намного большие по размеру сапоги, приматывал таблетки к телу) не помогли. Мальчишку схватили постовые фашисты на выходе из Могилева и отправили в Германию, в концентрационный лагерь вблизи Франкфурта на Одере. Отец, как и многие те, кто пережил ужасы концлагерей, не просто не любил, а не мог вспоминать те нечеловеческие переживания, которые уготовила его юности судьба, но за 50 лет его послевоенной жизни нам, двум его дочерям, двум внучкам и внуку, все-таки удалось прочувствовать и навсегда закрепить в своем сознании те страдания и ту боль, которые ему пришлось пережить.

К счастью, папа выжил, и 24 апреля 1945 года советские войска распахнули ворота лагеря. Те, кто подходил по возрасту и хоть как-то мог держать в руках оружие, сразу же пошли в строй, добивать фашистских нелюдей. Отец участвовал во взятии Берлина, о чем свидетельствует врученная ему медаль, оставил свою роспись на рейхстаге — поскольку внизу уже было все испещрено росписями, он встал на плечи боевого товарища и, как можно выше, написал: «Борис Рубенков, город Могилев». После этого папа продолжал служить в армии до 1946 года — сначала в Берлине, а потом — военным водителем в Ростове.

Вернувшись в Могилев, он окончил техникум легкой промышленности, был начальником смены на Могилевской швейной фабрике.

В нашей семье свято чтят подвиг советского народа в Великой Отечественной войне. Пока был жив отец, мы старались всегда быть рядом с ним в День Победы и другие, памятные для него дни.

А сейчас вот специально к третьему июля приехала моя старшая сестра из Москвы со своими детьми, чтобы нам всем вместе прийти в центр Минска с портретом отца, участвовать в акции «Беларусь помнит», вспомнить про тех героев, которые очень дорогой ценой подарили нам счастливое мирное будущее. Они боролись за освобождение Родины и заслуживают нашей вечной памяти. Но фронтовиков, партизан и подпольщиков, участников войны становится все меньше и меньше.

И наша задача, тех, кто слышал рассказы живых участников уже далеких событий, донести их следующим поколениям, чтобы наши дети, внуки и правнуки помнили о том, что сделали деды для всех нас.

Тамара ЛЕЛИГДА: «Четыре страшных года в судьбе моих родителей»

Нет ни одного белоруса, семью которого не затронула Великая Отечественная война.

У кого-то отец или мать воевали на фронте, у кого-то дедушка или бабушка, прадедушка или прабабушка. У начальника бюро идеологической работы нашего предприятия Тамары Лелигды родители прошли страшные испытания войной: отец воевал на фронте, а мама была малолетней узницей концлагеря.

— Мой папа, Николай Андреевич Куриленко, не любил вспоминать военные годы, слишком болезненными и тягостными были для него такие воспоминания. Однако кое-что он все же иногда рассказывал. Когда его призвали в армию, сразу направили в пехотную часть под Витебском. Несколько позже он участвовал в боевых действиях под Кёнигсбергом, который сейчас имеет другое название — Калининград. В одном из сражений был ранен, имеет награды, среди главных — медаль «За отвагу», орден Отечественной войны II степени, — рассказывает Тамара Николаевна. — До начала войны папа работал учителем в Сибири, откуда он родом. Но позже вместе с родителями переехал в деревню Августово Логойского района. После войны отец сменил несколько профессий, был даже председателем колхоза. Что касается Дня Победы, то для него этот праздник всегда был особенный. В нашей деревне ежегодно чествовали всех тех, кто принимал участие в сражениях за Родину, в том числе и моего папу.

Поистине страшные испытания в военные годы пережила и моя мама, Елена Михайловна Куриленко. Так случилось, что она в 1942-м стала узницей концлагеря в Германии. Тогда ей было 13 лет. Мама всегда говорила, что самым страшным в ее жизни был рабский труд в этом лагере. Страшно представить, но этой девочке и другим узникам часто приходилось убирать печи, в которых сжигали людей… Позже каким-то образом маме удалось оттуда выбраться, и она работала на сахарном заводе. Трудиться там приходилось практически без отдыха, из-за чего она потеряла много сил и находилась на грани жизни и смерти. Но ей повезло. Завод то ли расформировали, то ли закрыли, а всех его работников отправили для помощи по хозяйству в немецкие семьи. И мою обессиленную маму взяла к себе в семью одна немка. Помимо мамы там работали и другие узники. Один из них, француз, помог ей встать на ноги, практически выходил ее. Немецкая семья занималась выпечкой хлеба. Мама часто вспоминала, какие большие буханки они пекли. Поскольку она уже тогда была человеком сильным, с мощным внутренним стержнем, то решилась пойти на риск и помогать военнопленным. Я не знаю, как ей это удавалось, но когда немецкая пара отсутствовала дома, она передавала испеченной хлеб голодающим военнопленным. В общей сложности мама провела в Германии 3,5 года.

Война очень сильно вмешалась в судьбу моих родителей, но они с достоинством выдержали эти сложнейшие испытания.

Дарья ПАВЛЕНКОВА: «Они умели жить, бороться и любить…»

– Моей бабушке, Евгении Иосифовне Синяковой, – маме моей мамы – было 16, когда она попала в партизанский отряд, – говорит Дарья ПАВЛЕНКОВА, начальник ФСК «Трактор». – Отец моего папы – Александр Иванович Павленков – в 1942 году отправился на фронт.

Брат Евгении Иосифовны был связным в отряде и погиб при выполнении задания. Во время войны бабушка вышла замуж за командира разведгруппы этого отряда. А после всю жизнь проработала на Минском тракторном в центральной заводской лаборатории. Она неохотно рассказывала нам о войне, наверное, очень непросто было снова и снова возвращаться мыслями в то нелегкое время, на которое пришлась ее юность. Но фотография, где она в отряде, в окружении партизан, конечно, впечатляет. Она всегда учила нас, что человека нужно судить по его делам и поступкам, говорила, что и немцы бывают разными. То есть, несмотря на весь пережитый ужас,
верила, что человечность в людях – самое важное, по какую бы сторону баррикад они ни находились…

Отец моего папы – Александр Иванович Павленков – ушел из жизни, когда ему было 54, за шесть лет до моего рождения. Все, что я знаю о нем, рассказал мой папа, который родился уже после войны.

Александр Иванович был родом из деревни Большая Андреевка Княгининского района Горьковской области. Я не знаю, как сложилось, что он приехал в Белоруссию, но до войны он окончил Борисовское военное автомеханическое училище, был лейтенантом по обслуживанию танков. В 1941-м его направили в Подмосковье на переподготовку и обслуживание танков Т-34. В 1942 году отправился на фронт, а в 1943-м получил тяжелейшее ранение и попал в госпиталь. Ему тогда было около 25 лет. Дедушке отняли одну ногу, долго боролись за вторую, но ее тоже пришлось ампутировать. В госпитале он провел три года! Тогда по всей стране было много искалеченных бойцов, без рук, без ног, потерявших слух, зрение, а с ними и желание жить. Медицинским работникам в госпиталях было предписано следить, особенно по ночам, за теми, кто совсем отчаялся и готов свести счеты с жизнью. Оказался в такой ситуации и мой дед. Одна медсестра нашла в его личном деле информацию о девушке, с которой он был знаком до войны, и написала ей. Той девушке было 20, и она приехала. Это была моя бабушка, Зинаида Андреевна…

Они поженились в 1946-м. Вернулись в Горьковскую область, родили и вырастили четверых детей. Дед прожил удивительную жизнь. Окончил Кулебакский металлургический техникум и всю жизнь проработал на Кулебакском металлургическом заводе – конструктором, потом калибровщиком. Носил тяжелые протезы. Папа рассказывал, что, приходя домой, дедушка снимал их, разматывал бинты, которые всегда были в крови. И так каждый день, всю жизнь… Мой дедушка удостоен орденов Красной Звезды и Отечественной войны второй степени, после войны заслужил орден Ленина. А еще есть у него Благодарность Верховного главнокомандующего за форсирование реки Друть (это правый приток Днепра, впадающий в него под Рогачёвом)!

Юлия ВЬЮНОВА: «Единственная фотография…»

— Мой дедушка, Иосиф Павлович Томашевич, был военным, нес службу на призывном пункте небольшого городка Свислочь, — вспоминает Юлия ВЬЮНОВА, старший инструктор физкультурно-спортивного клуба. — Его жена, Любовь Захаровна, была воспитательницей в детском саду.

Тогда на лето малышей вместе с педагогами вывозили на оздоровление за город, на дачи. Там мою бабушку и застала война. 26 июня в Свислочь пришли немцы. Дедушка бесследно пропал в первые же дни войны. Бабушка осталась одна с двумя детьми, была эвакуирована в Саратовскую область. Потом она долго искала мужа, писала письма, делала запросы, но все безуспешно. Мы тоже пытались разыскать хоть какие-нибудь сведения о нем… Никаких следов. Моему папе в начале войны было всего 3-4 годика, он почти не помнит своего отца. В нашем семейном альбоме так много разных фотографий бабушки в окружении ее воспитанников – малышей в смешных панамках и только одна фотокарточка с дедом. Старая, давно пожелтевшая, еще довоенная: молодой мужчина, его красавица-жена и двое детей – мой папа и его старшая сестра. Единственная память, которая осталась у нас от дедушки…

Тамара САКОВИЧ: «Дорогие сердцу имена»

– Здесь выгравированы фамилии моего дедушки, Якова Васильевича Саковича, и его сына Александра, которые погибли на фронте, – говорит Тамара Павловна. – Моя бабушка Александра рано умерла от тяжелой болезни, ей было всего лишь 42 года, и дедушка один воспитывал шестерых детей. Именно поэтому как многодетного отца его поздно забрали на войну – в 1945 году. Судьба его сложилась трагически – дедушка погиб 25 января 1945-го. Долгое время родные ничего не знали о нем, пока не пришла похоронка. Так и стало известно, что Яков Сакович был убит во время обороны одной из литовских деревень и похоронен в Литве с воинскими почестями. Его старший сын Александр погиб в самом начале войны – в 1941 году в Чехословакии. Ему было всего лишь 19.

Каждый год 9 мая и 3 июля к памятнику погибшим солдатам в нашей деревне местные жители возлагают цветы, называя поименно всех земляков, так и не вернувшихся обратно домой. В скорбной тишине звучат и имена моих родных – дедушки Якова Васильевича и дяди Александра.

Мой отец, Павел Сакович, во время войны находил оружие, патроны и передавал их партизанам. Однажды полицаи все-таки схватили его и поставили семью перед страшным выбором: или мы забираем парня на принудительные работы в Германии, или расстреливаем всю семью. Так отец, пятнадцатилетний подросток, оказался в одном из немецких лагерей в городе Франкфурт. Работал там на строительстве аэродромного завода, жил в холодном бараке, постоянно голодал. Несколько раз папа вместе с другими пленными пытался убежать, но все попытки побега заканчивались неудачно. Ребят ловили при помощи собак – немецких овчарок – и избивали нагайками. Отпечатки этих страшных ударов на всю жизнь остались на теле отца. Еще он рассказывал о том, как добывали еду измученные голодом люди. Например, после бомбежек в реке плавали трупы немцев – местных жителей, у которых с собой были продукты – хлеб, сало. Так вот у них и брали эти продукты, порой долгое время находившиеся в грязной реке рядом с убитыми людьми.

Вообще, отцу всегда было тяжело вспоминать об этом периоде своей жизни. Он часто плакал, рассказывая о том, что пришлось ему пережить на чужой немецкой земле, вдали от родного дома. В 1945 году лагерь был освобожден, позже папу призвали в армию. День Победы и 3 июля всегда были для него самыми главными и светлыми праздниками.



Добавить комментарий