«Мой лёс, апалены вайной». Марат Иванов. Генералами становятся

Социум

У Марата Иванова детства практически не было: его отобрала война, неожиданно ворвавшаяся в жизни миллионов людей. У маленького мальчика была только одна заветная и такая «взрослая» мечта – чтобы поскорее наступил мир. Тогда – в страшные 1940-е – он и предположить не мог, что в будущем станет профессиональным военным и дослужится до звания генерала.

Родился Марат Иванов 22 июня 1936 года в Новосибирске. В большой дружной семье воспитывались еще две сестры и брат. В свой пятый день рождения Марат узнал о том, что такое война, голод, разруха и долгая мучительная разлука с близкими людьми.

В 1942 году отец Алексей Артемьевич ушел на фронт, старшая сестра осталась жить в Новосибирске, а мама Евгения Ивановна вместе с Маратом и его младшей сестрой уехали в Сызрань.

– В скором времени мама снова переехала в другой город на работу и забрала с собой сестру, а я остался жить с бабушкой Анной Фроловной и дедушкой Иваном Петровичем, – рассказывает Марат Алексеевич. – Дедушка – инвалид Первой мировой войны, когда-то работал пекарем у помещика, а бабушка была служанкой. Кстати, когда дед вернулся с войны, ему дали муки и 50 рублей со словами: «Ты очень хороший пекарь». Ну а потом наступило время НЭП, в 1930-е дедушку с бабушкой раскулачили, отобрали у них все имущество и переселили в другой дом, где жили четыре семьи, что-то вроде общежития. Такой большой двухэтажный дом, в котором первый этаж – деревянный, второй – каменный. Была, правда, еще у нас своя коза, я ее каждый день выводил на выпас. В 1943 году немцы через Сызрань прорывались на Урал и устроили страшную бомбежку. Однажды большой осколок пробил наш сарайчик, и козы, нашей кормилицы, не стало. К счастью, дом остался целым.

В 1944-м я пошел в школу, которая располагалась в здании бывшего госпиталя. До сих пор вспоминаю, как из-за слякоти ходил туда на высоких ходулях, кстати, мимо дома моей будущей жены. Помню, как при входе в школу мы переобувались в брезентовые тапочки, чтобы сохранить чистоту и порядок.

Для того, чтобы получить хлеб по карточкам, я просыпался в пять часов утра и шел в хлебную лавку, которая открывалась в семь. Выдавали все абсолютно точно – грамм в грамм. И вот несу я этот драгоценный хлебушек домой в руках, а слюнки так и текут, хочется хоть маленькую крошечку съесть по дороге. Но я, конечно, не ел, приносил бабушке. А между тем есть хотелось очень. Неподалеку от Сызрани проходили разные эшелоны, и мы с товарищами проводили своеобразную разведку. Например, когда перевозили белую глину, кто-то из ребят отвлекал сторожа, а мы брали себе эту глину и сосали ее, утоляя таким образом голод.

Отец вернулся домой в 1946-м, закончив войну командиром танковой роты. Знаю, что три раза он горел в танке, однажды даже на короткое время заезжал к нам из госпиталя.

О войне не любил рассказывать… Тогда я и подумать не мог, что пойду по стопам отца и стану танкистом, ведь мечтал совсем о другом. Видимо, все-таки от судьбы не уйдешь.

После окончания семи классов я твердо решил поступать в техникум, тем более что почти все учителя говорили о моих математических способностях. В 1950 году я поступил в машиностроительный техникум в Сызрани, в котором отучился четыре года.

Конечно, в тяжелые послевоенные годы нужно было как-то зарабатывать себе на жизнь. Мы ходили на пристань, разгружали цемент, дрова, уголь, одиноким женщинам дрова помогали колоть. В общем, делали все, что могли.

После окончания техникума меня и других ребят направили на работу в Алма-Аты, на завод тяжелого машиностроения. Ехали туда долго, около пяти суток. Девчонок отправили в отдел технического контроля, а мы с другом оказались в ремонтно-механическом цехе. Разместили нас в заводском пионерском лагере, трудились в три смены, причем и сам директор предприятия ночью тоже работал на одном из станков. Но находили мы время и для отдыха, причем отдыха интеллектуального. К примеру, участвовал я в заводских соревнованиях по шахматам и занял первое место. В полученном за победу подарке – спортивном байковом костюме – я потом уезжал на службу в армии.

Помню, что с первой зарплаты я купил три ящика сочных, необыкновенно вкусных яблок и отвез их любимой бабушке. Анна Фроловна – это золотой человек, очень добрый, отзывчивый и заботливый. Она была глубоко верующей, и я в детстве вместе с ней ходил в церковь на ночные службы. Именно с ней в 1949-м я впервые приехал в Минск, в гости к сестре мамы Раисе Ивановне. Город был еще весь в развалинах, он только начинал восставать из руин. Тетя жила на улице Бакинской, что возле Червенского рынка, где были расположены дома для отставников.

Через некоторое время мне пришла повестка в армию, и я одиннадцать суток ехал до Калининграда, к месту назначения. 7 ноября встретил в Смоленске, где замполит читал лекцию о Великой Октябрьской революции. Так и отметили праздник.

Попал я в 1-ю танковую дивизию, учили там довольно долго – одиннадцать месяцев. И как раз в это время кадровики проводили отбор в училище. Уговорили меня тоже поступать, так я оказался в Саратовском танковом командном училище, которое спустя три года окончил с отличием. Затем меня направили служить в Группу советских войск в Германии. Был командиром танкового взвода, затем командиром танковой роты.

Потом была Военная академия бронетанковых войск в Москве. К поступлению готовился в Солнечногорске самостоятельно и сдал все экзамены очень хорошо. Через три года меня отправили в Белорусский военный округ, где я стал заместителем командира 45-го гвардейского полка.

В 1977 году я получил звание подполковника, и меня отправили в Чечню, в 42-ю гвардейскую учебную мотострелковую дивизию. Там же я стал полковником, чуть позже – генералом. Прослужил в Грозном больше шести лет, жена Раиса Михайловна с сыном остались жить в Минске. По дому, конечно же, скучал. Что я могу сказать об этой республике? Чечня любит силу, там полно оружия самого разного калибра. Есть у них два нефтеперерабатывающих завода, при этом нефть настолько чистая, что ей можно практически сразу же заправляться. Приезжал с концертом к нам в Грозный Владимир Высоцкий, но все же в основном я все свое время отдавал службе и обучению молодых бойцов.

С 1983-го по 1988-й я служил в Польше заместителем командира Северной группы войск по боевой подготовке. После этого – в легендарном Краснознаменном Белорусском военном округе.

В декабре 1990-го я уволился. Вот так, ступенька за ступенькой, прошел я непростой путь от рядового до генерала. А ведь подумать только: все получилось абсолютно случайно. Если бы не пришедшие во время службы в армии кадровики с предложением поступить в танковое училище… Но другой судьбы я не хотел бы, меня все устраивает и я горжусь тем, что столько лет своей жизни посвятил службе Родине.

После ухода на пенсию Марат Иванов на протяжении 13 лет занимался важной общественной работой – возглавлял Союз офицеров Партизанского района Минска. Награжден Марат Алексеевич одной из самых почетных наград – орденом Красной Звезды за успехи в боевой и политической подготовке, а также за проводимые под его командованием боевые учения.

Вот так становятся генералами люди, для которых защищать Родину – это их святой долг.

Елена Миндлин.
Фото автора и из архива Марата Иванова.



Добавить комментарий