Елки по-настоящему

Социум

Анна КОРЯКОВА
Фото автора

— А ты позавчера на елке была?

— Не-а!

— Зря! Там Дед Мороз красивее был. В валенках, а не в ботинках!

— Ой-ой-ой! Зато у этой Снегурочки коса настоящая, а у той, что
к нам в сад приходила, — привязанная!

Этот забавный диалог я случайно услышала от двух барышень лет четырех-пяти по окончании одного из очередных новогодних утренников и невольно улыбнулась. Лет 30 назад, будучи в их возрасте, я до хрипоты спорила с подружкой, что у Деда Мороза на новогоднем представлении в мешке подарки, а та спокойно возражала, что «просто что-то мягкое». Я всерьез доказывала, что, когда он проходил мимо, от него прямо-таки веяло зимним холодом, а она, снисходительно улыбнувшись в предвкушении своей безоговорочной победы, не спеша выложила: «А чего у него сережки из-под шапки выглядывали?»

Ненастоящий… Это предательски шипящее, колючее слово в отношении самого главного новогоднего персонажа грозило безжалостно разрушить хрустальную сказку и отнять мечту. Моя мудрая мама, понимая, какое потрясение переживает дочь, сумела мне доказать, что Дед Мороз — персонаж не вымышленный, но многочисленные предновогодние хлопоты не позволяют ему быть на всех елках и утренниках, а праздника без Деда не бывает, и значит, заменить его должны актеры, которые, как и все люди, могут делать свою работу хорошо или не очень. Это звучало вполне логично, да и история Николая Мирликийского, которого теперь называют святым, была настоящей. К нему я и обращала свои просьбы, от него ждала  подарка под елку. А когда на новогодних утренниках Снегурочку предложили играть моей маме — невысокого роста, худенькой, с настоящей русой косой, любящей играть с детьми и придумывать разные игры — это показалось просто знамением: кто-то из нашей семьи удостоился чести помогать самому Деду Морозу! С тех пор я с огромным уважением отношусь к людям, творящим для детей чудо, создающим настоящую сказку, делающим это тонко и талантливо.

Недавно мы были на елке в Новом драматическом театре. Еще одной. Очередной. И все-таки другой. Скоморохи, Белый медведь, Разбойница, очаровательная Снегурочка, которая не оставила без внимания никого из юных гостей праздника… Колоритнейший Бармалей — пузатый, глуповатый, в сапогах с загнутыми носами, обвешанный значками, саблями и пистолетами — как водится, пытался доказать всем, что Новый год им ни к чему, и даже стянул у Деда Мороза, отдыхавшего в Африке, его шубу, так что последний вынужден был приехать на праздник… в яркой пляжной майке. Совершенно замерзший в волшебной шубе с чужого плеча, раскаявшийся в своем плохом поступке, герой так просил детей простить его и отогреть, что те с невероятным энтузиазмом дули во все щеки на горе-персонажа.

После представления герои охотно фотографировались с ребятами, общались с ними. Подобревший Бармалей предлагал всем желающим потрогать его саблю, на коленях у Снегурочки пересидела половина детей. Скоморохи помогали малышам спуститься с лестницы, проводили по зданию театра и делали это так непринужденно, что я даже не удивилась, когда услышала рядом чей-то восхищенно-утвердительный шепот: «Настоящие!».

Конечно, взрослого человека удивить на новогоднем утреннике не так-то просто, нет-нет да и мелькнет скептическая улыбка на лицах мам и пап, но как же быстро она растаивает, когда неподдельным блеском загораются глаза ребенка, когда он с негодованием указывает на спрятавшуюся в углу Бабу Ягу, спасая Снегурочку, и громко-громко вызывает Дедушку Мороза! И пускай сценарии кажутся нам похожими: злые персонажи хотят испортить праздник и помешать добрым все исправить, пускай в конце все станут хорошими и помирятся, — но они ведь по-прежнему учат детей. Учат, как и десятилетия назад, быть добрыми, помогать, прощать, быть вместе. И как здорово, когда хоровод вместе с крохами водят родители, нарочито прячут уши и носы от Мороза, поют песни, пляшут, просят елочку зажечься! Ведь сказка оживает и оказывает свое волшебное действие только тогда, когда в нее верят, когда все всерьез, все по-настоящему в первую очередь для нас, взрослых!



Добавить комментарий