Без выходных и отпусков

Новости

Валентина СТЕПАНЮК,
труженица тыла

победаЯ родилась в пригороде Барнаула, на Алтае. Когда началась Великая Отечественная война, я была подростком, ходила в школу. Но уже в 1942 году вместо учебы мне и моим ровесникам выпала доля пойти работать на военный завод.

В Барнаул свезли из 10 городов Советского Союза оборудование и построили с нуля завод С-10 по производству танковых двигателей. Затем их отправляли в Нижний Тагил, где собирали танки Т-34. Рабочих рук не хватало. Опытных специалистов, которых по состоянию здоровья не могли призвать на фронт, со всего Союза направляли на военное предприятие.

Мне поручили работу в отделе главного технолога. Молодая инженер Валентина Стеценко учила меня копировать чертежи, которые изготавливали конструкторы. Объем работы был большой, трудились без выходных и отпусков. Однажды я без сна и отдыха работала трое суток подряд, смертельно устала, от перенапряжения даже ноги опухли. Другие юноши и девушки работали за станками наравне со взрослыми по 12 часов.

Так что наше детство быстро закончилось, а юность не была легкой и беззаботной. Жили в казарменном положении, спали на чертежных досках, уложенных на пол. Донашивали довоенную одежду, бесконечно штопая ее, ходили в рваных тапочках. Спецодежды и спецобуви никто никому не выдавал. Но не зря в народе говорят, что голь на выдумку хитра. Рядом с нашим заводом находился меланжевый комбинат. Обрывки нитей как отходы выделяли станочникам, чтобы они смогли вытирать руки от масел. Использованные нитки мы собирали, стирали в древесной золе и крючками вязали себе «наряды». Мыла не было. Сказывалась и скученность людей. В общежитии барачного типа жили 80 человек в помещении, спали на двухъярусных кроватях. Страдали от холода. Только на ночь в одну единственную печку забрасывалось ведро угля, но этого для тепла было недостаточно. И все же страдания работающих в тылу были несравнимы с тем, что испытывали многочисленные тяжелораненные бойцы, которых привозили с фронта в городские госпитали, оборудованные в школах. Некоторые воины имели такие ранения, что оставались на всю жизнь инвалидами, их уже не отправляли на передовую.

А уж каким было питание в годы войны, и вспоминать страшно. Суточный паек — 450 граммов хлеба, серого сыровато-кислого. Но и его мы смаковали и растягивали. По заключению врача мне требовалось усиленное дополнительное питании. В качестве его давали миску баланды с плавающим листиком мороженой капусты. Мы старались раздобыть горсть жмыха — семечковой шелухи, которую разводили водой и ели. Мы все готовы были пережить и перенести, чтобы только скорее победить врага. Известие о Победе было самым радостным событием за несколько лет войны. На заводе по этому поводу организовали митинг.

Послевоенная жизнь налаживалась постепенно. После болезни меня отправили в санаторий для оздоровления. И в доме отдыха под Барнаулом я встретила молодого мастера ремесленного училища Николая Шаванду. У него также судьба была не из легких, он воевал. Вскоре после женитьбы мы узнали, что в Минске требуются работники на тракторный завод. Написали письмо его директору, Виктору Суслову, с просьбой принять и нас. Он пригласил, обещал подъемные и квартиру, а также деньги под залог квартиры. Пообещал — сделал. Деньги на обживание нам сразу выделили, а квартиру впоследствии предоставили. Меня взяли на работу в отдел главного конструктора Ивана Дронга техником. Так профессия, приобретенная в годы Великой Отечественной войны, стала для меня единственной и любимой. Все 33 года до выхода на пенсию я трудилась в головном специализированном конструкторском бюро. За это время многих начинающих сотрудников обучила копировальному делу. При нашем участии создавались и совершенствовались тракторы с маркой «Беларус». Мой сын, Вячеслав Шаванда, продолжает работать в цехе опытного производства. А вообще, многие из рода Шаванды работали на МТЗ.

У меня два сына, внучка и внук, одна правнучка. Я радуюсь, что у них мирная жизнь, дружба и согласие в семьях. И хочется пожелать всем людям не знать войн и лихолетья.



Добавить комментарий