Археологические тайны нашей земли раскрыты далеко не полностью

Социум Тема дня

Время появления представителей рода Homo на территории Беларуси точно не установлено. Принято считать, что это произошло от 100 до 35 тысячелетий до нашей эры. Свидетельствами истории людей, населявших территорию современной Беларуси на протяжении многих веков, до появления письменности, являются почти исключительно вещественные археологические памятники. Какие артефакты находят современные археологи в нашей республике? Какие исторические факты удалось восстановить благодаря таким находкам и кропотливым исследованиям? На эти и другие вопросы недавно в ходе онлайн-конференции дали ответы отечественные историки и археологи.

Углубляться в древность нужно правильно
Для того, чтобы окунуться в историю, не обязательно глубоко копать — в прямом или переносном смысле. Иногда обычный трактор «Беларус» во время пахоты извлекает на поверхность различные находки — монеты, старинные предметы, орудия труда, посуду и прочее. Правда ли, что для археолога ценен каждый найденный посудный черепок?

— Есть такое житейское и археологическое понятие — мусор, — говорит историк, геральдист, доктор исторических наук, профессор Сергей РАССАДИН. — Дело в том, что археологи ищут не черепки и даже не украшения из драгметалла — они ищут человека, информацию о нем. Поэтому критерием по отношению к тем же обломкам глиняной посуды, керамике является информативность. Если мы будем каждый черепок, который, в общем-то, не несет информации и который такой же, как сотни, а может быть, даже тысячи других, забирать, то куда же мы это денем? Не хватит никаких складских помещений, музейных фондов. Поэтому рассматривается, фиксируется и считается, конечно, каждый черепок. Но есть понятия «коллекционный материал», который забирается на постоянное хранение, и «неколлекционный».
В то же время, как заявляют археологи, каждый найденный артефакт важен для науки. Ведь смысл археологических исследований — зафиксировать в культурном слое все, что удается найти.

— В этом году также была разработана инструкция по проведению полевых археологических исследований, — отмечает заместитель директора по научной работе Института истории Национальной академии наук Беларуси, кандидат исторических наук, доцент Вадим ЛАКИЗА. — Там очень четко расписано, как проводить археологические исследования, какие существуют слои, как выполнять фотофиксацию, готовить отчет.

По словам специалиста, археологи могут копать вглубь на десятки метров. В Беларуси городские слои в некоторых местах достигают большой глубины. И раскопки глубоких слоев иногда сопряжены с большими трудностями.

— При раскопках используется не только ручной труд, но и техника, — отмечает Вадим Лакиза. — Для археологических исследований необходимо достаточно серьезное финансирование. Археология — дорогая наука. Но порой помогают и сторонние организации. Когда строили метро в минском Уручье в 2006 году, нам позвонили строители и сказали, что на глубине 20 метров обнаружили кость. Это было очень важное для Минска открытие. Мы достали кости — оказалось, что это лесной слон, а точнее, слониха. А возраст лесного слона — приблизительно 105 тысяч лет!

Археологи отмечают: когда кто-то абстрактно спрашивает про культурные слои, то может показаться, что исследователи будто бы «пирог» пробуют и получают сплошное удовольствие.

Все не так уж легко и приятно, — замечает Сергей Рассадин. — Когда, к примеру, на глубине полутора метров вы вдруг попадаете на водоносный слой. Копали — было сухо, а через десять минут начинает сочиться вода. И тогда вычерпываешь эту воду, а слой превращается в грязь. Был случай — мы копали древний колодец, в нем даже обработанные деревянные предметы сохранились. Жара 30 градусов, а в колодце грунтовая вода — в результате вечером температура под сорок.

Заместитель директора Института истории НАН Беларуси Вадим ЛАКИЗА говорит, что важные с точки зрения археологии артефакты находят во многих районах страны — и на территории Белорусской АЭС, и в районе рек Неман, Щара, Днепр, Припять, и в других местах.

Беларусь — страна сюрпризов
Археология полна сюрпризов. Никогда ведь не знаешь, что скрывается под землей. Иногда специалисты рассчитывают найти одно, а результат существенно отличается от ожидаемого.

— Конечно, сюрпризы при археологических раскопках случаются, — уверяет Сергей Рассадин. — В этом, может, и заключается прелесть археологии. Около месяца назад у меня были другие планы на исследование в Лавришево. (Территория Свято-Елисеевского Лавришевского мужского монастыря в Новогрудском районе. — Прим. авт.) Я хотел расширять большой основной раскоп, исследовать дальше монастырь, который возник в летописную эпоху — от XIII века. Но хлестал такой ливень, что пришлось принять предложение отца наместника провести раскопки в храме, под крышей. В результате были открыты останки, которые являются кандидатами на звание святых мощей — они считались несколько столетий утерянными.

— Я занимаюсь первобытным периодом: каменным, бронзовым веками, — вступает в разговор Вадим Лакиза. — На территории Гродненской гидроэлектростанции мы проводили спасательные работы и раскопали более 30 памятников археологии. На каждом археологическом объекте нашли слои эпохи Средневековья. Они до этого не были известны. То, что Гродно был крупным средневековым городом, известно. Но как он выживал, где проживало местное население? Оказалось, люди селились на нижней террасе Немана. И еще один момент, тоже связанный с гродненской территорией, с Неманом. Мой приятель, Виктор Обуховский, своих студентов мотивировал на поиск мамонта около деревни Ковальцы. И представляете — нашли! У нас две стоянки на территории Беларуси — Юровичи и Бердыж — с мамонтовой фауной и археологическими артефактами. Последние же исследования показали, что и в Ковальцах есть слой с мамонтовой фауной. Теперь о стоянке Ковальцы знают в мире.

Археологи строителям не помеха
Раньше археологические исследования справедливо считали сезонной работой. Действительно, какие  могут быть раскопки, когда на земле толстый слой снега, а почва промерзла на полтора метра? В последнее время ситуация изменилась.

— В настоящее время очень активно развивается новое направление — спасательная, или охранная археология, — констатирует Вадим Лакиза. — Это сохранение археологических объектов в зоне новостроек. Мы живем в XXI веке. Жизнь и движение вперед остановить невозможно. Чтобы сохранить археологические объекты, артефакты, проводятся спасательные исследования. Точно такая же методика, как любые фундаментальные археологические исследования, но только на той территории, которая попадает в зону строительства. Вот, к примеру, вторая кольцевая автодорога вокруг Минска. Там мы нашли более 20 интереснейших средневековых археологических объектов. Плюс несколько пунктов с материалами каменного века. До этого мы не знали об их существовании. И два объекта мы раскопали.

По словам специалиста, в условиях, когда у строителей поджимают сроки, приходится работать не только максимально быстро, но и с использованием современной методики, чтобы каждый фрагмент и деталь зафиксировать. Приходится находить со строителями компромиссные решения.

— Я не хочу, чтобы у кого-то сложилось впечатление, что в нашей профессии нет былого романтизма, — отмечает Сергей Рассадин. — Романтизм есть. Тут дело не в сроках и планах, не в современной технологии — дело в человеке. Но романтика романтикой, а археологам приходится несладко. Палаточные городки, сто человек, и на каждого надо приготовить еду. И погода — не угадаешь. Вот в этом году я приехал из экспедиции и спал почти целую неделю.

Специалист рассказывает: помимо «мокрого» и «сухого» сезонов бывают еще сезоны в буквальном смысле слова «ядовитые». К примеру, когда прямо
на раскопе поселился рой шершней — насекомых, смертельно опасных для аллергиков.

Борьба с «черными копателями» активизировалась
В марте 2016 года в Беларуси вступил в силу президентский Указ «О совершенствовании охраны археологических объектов и археологических артефактов». В свое время необходимость принятия данного документа власти обосновали защитой артефактов от «черных копателей».

Для тех, кто не знает: «черные копатели» — это ставшее традиционным собирательное название для самодеятельных поисковиков различных направлений, одиночек или организованных в группы, занимающихся нелегальным выкапыванием различных предметов старины. Разновидность таких нелегалов — «черные археологи» («архи», «полевики», «лесники», «курганщики», «бугровики») — лица, занимающиеся поиском исторических артефактов на археологических объектах, не имея на то официального разрешения.

— Вопрос очень болезненный, — говорит Вадим Лакиза. — Мы уже несколько лет и в СМИ, и на всех уровнях его поднимали и добились, что у нас в стране изменено законодательство в сторону пресечения черного копательства. И очень важно, что 22 августа вступил в силу закон о внесении изменений в Кодекс об административных правонарушениях. Там есть две статьи, которые наказывают за незаконный поиск археологических артефактов и за незаконный оборот таких предметов. Теперь все, что признается археологическими артефактами, является собственностью государства. «Черные копатели» вырывают страницу нашей с вами истории. Ну как еще может относиться к этому здравомыслящий человек, если грабят могилу или погребальный комплекс, срывают украшения и потом продают в Интернете?! Таких примеров огромное количество.

По словам специалиста, в России, Украине, Литве законодательство не миндальничает с «черными копателями», и потому из соседних стран эти люди часто приезжали в Беларусь. Сегодня некий заслон появился. Наши ученые намерены мониторить ситуацию до конца года — тогда будет видно, удалось ли ее изменить.

— В России пару лет назад ввели более жесткое наказание в отношении «черных копателей», — продолжат Вадим Лакиза. — И сразу посыпались обращения и в правительство, и Администрацию Президента — мол, нарушены права людей, что это хобби, что они так любят историю. Но простите, хобби — копать курганы и продавать найденное в Интернете?.. У настоящих любителей истории есть возможность участвовать и в археологических исследованиях, в экспедициях, своими руками достать эти предметы. Они будут полезны науке, государству, обществу, потому что эти предметы будут выставлены в музеях.

Есть ли шансы найти крест Евфросинии Полоцкой?

В прошлом веке из Могилева исчезла одна из белорусских святынь — крест Евфросинии Полоцкой. Уже во времена независимости Беларуси его пытались искать в американских фондах, в хранилищах Ватикана, в российских музеях, но положительных результатов эти поиски не дали. Несколько раз всплывали сенсационные слухи, что крест якобы находится в частных коллекциях Германии или США. Как историки относятся к такой информации?

— Мы знакомимся с материалами СМИ, — говорит заместитель директора Института истории НАН Беларуси Вадим Лакиза. — Но ученым хотелось бы давать научную информацию, а не неподтвержденные факты.

Между тем возможны любые сюрпризы. К примеру, знаменитое Слуцкое Евангелие считалось утраченным в годы Гражданской войны. Белорусские специалисты сожалели об этом до конца 1990-х, пока в одну из церквей к священнику не пришла бабушка, которая принесла книгу, бережно завернутую в платок. Эту книгу она захотела передать в дар церкви. И эта книга оказалась… Слуцким Евангелием. Так что надежда, как говорится, умирает последней.

Александр НЕСТЕРОВ.



Добавить комментарий