1115 километров по Брестской области

Новости

Михаил СУДНИК,
физорг механического цеха № 4

Трактор Капитан в ПинскеКаждого человека, который решил полюбоваться красотой этой земли, Пуща обязательно встретит приветливо и ласково. Даже степенные вековые ели, которые видели и великих князей литовских, и российских императоров, и советских руководителей, рады туристам-путешественникам. «Сердечно приглашаем! Приятной дороги!» – как будто говорят деревья. И только высокие дубы, покрытые седым мхом, молча смотрят на людей. Их можно понять: не пристало хозяевам заповедного леса «кланяться» каждому гостю.

Известно, что Беловежская Пуща – это в первую очередь место жительства могучих зубров. И хоть по заповеднику бродят сотни этих великанов, встретить зубров непросто, как, кстати, и многих других обитателей.

По мнению ученых, человек впервые появился тут около 12 тысяч лет назад. Беловежский край упоминается в работах Геродота, Плиния Старшего и Тацита. Полное описание Беловежской Пущи впервые было сделано в 1559 году в «Рэвiзii пушчаў i пераходаў звярыных у Вялiкiм княстве Лiтоўскiм».

К сожалению, с того момента, как Пуща была объявлена заповедным лесом, человек своими поступками не всегда напоминал «царя природы». В отдельные периоды истории, особенно во времена военных конфликтов, бездумно вырубались вековые деревья, для забавы уничтожались звери и птицы. Много древесины вывозилось из этого края в первой половине 20 века. Например, в годы первой мировой войны немецкими властями было построено несколько лесопильных заводов, проложено более 300 километров узкоколейки. Только за два с половиной года господства немцы вывезли из Беловежской Пущи в Германию более 4,5 миллиона кубометров ценной древесины. Для сравнения: за весь 19 век было вырублено 5 миллионов. Стоит отметить, что и в лихолетья люди заботились о сохранности флоры и фауны Пущи. Так, во время Великой Отечественной войны для охраны зубров в Пущу был направлен партизанский отряд имени Б. Хмельницкого.

Почти каждое дерево в Пуще – настоящий памятник, которым можно без конца любоваться, долго изучать. В заповеднике можно увидеть различные экосистемы. Уникальные дубравы, грабовые, еловые леса, сосновые боры и березовые рощи. Можно сказать, что вся Беларусь уместилась на этом относительно небольшом кусочке земли. Поэтому путешествие по первобытному лесу настолько захватывающее, и ему позавидовал бы даже васко.

В масштабах земного шара это может быть и «относительно небольшой кусок», но когда едешь на велосипеде час и не находишь соответствия с той схемой, что нам выдали, начинают мучить сомнения. Я не случайно назвал разноцветный листок бумаги схемой, а не картой. Она во многом не соответствует действительности. Ни расстояний, ни объяснений, ни ориентиров. К тому же на деревьях вдоль дороги мы увидели схематичное изображение велосипеда и рванули по этим знакам. Сначала все было хорошо, и даже кое-что соответствовало схеме: лесной пруд, ель-великан, озеро, деревня (жилая, домов 8—10, есть магазин!). Вот-вот мы должны были вернуться назад в Каменюки. Среди деревьев мелькнул забор, крыша дома. Поворот — и нашему взору открывается… пограничная застава! Да, не подумал я, что в Пуще елей-великанов тысячи, прудов и озер хватает, да и деревня не одна есть. На наш вопрос о том, где Каменюки, солдат, подтягивающийся на турнике, показывает нам за спину. На наше возражение, что мы оттуда только что приехали, улыбается и пожимает плечами. Добрый. Тут же нахожу информационный плакат (где он был раньше?), из которого следует, что красный велосипедик на деревьях означает маршрут протяженностью 150 километров через Пружаны в Гродненскую область.

«А силы на исходе…», но ехать назад необходимо. Если честно, вернулся я на морально-волевых, чего не скажешь о жене и сыне. То ли велосипед мне попался плохой, то ли не мой день был. Посмотрев потом карту, я посчитал, что проехали мы километров 35.

Чтобы размять затекшие ноги, мы прошлись вдоль вольеров с оленями и зубрами, посмотрели на гостиницу, музей и памятник воинам, погибшим недалеко от пограничной заставы в 1941 году. В магазине в Каменюках мы взяли хлеба, минералки, чипсов, мороженого на 23 тысячи рублей, на что продавщица удивленно сказала: «Ну вы и затарились, ребята!». Наверное, у них столько в магазине не тратят.

В лагерь на озере Любань приезжаем часам к пяти вечера. Дима с Вовой наловили рыбы, а Андрей поймал змею. Это была выползшая погреться на солнышке гадюка, более метра длиной, о чем Андрей и не подозревал. «Я думал это уж», — с побелевшим лицом говорил он. Змею мы отнесли подальше от лагеря и отпустили, а из рыбы получилась наваристая уха.

Завтра праздник – 1 Мая, но нас ждет дорога на восток, в район Лунинца.

Озеро Любань – река Случь

Рано утром поднялся сильный ветер, небо затянуло тучами, поэтому мы обрадовались, что сейчас сядем в машины, где никакая непогода нам не страшна. На заправке возле Кобрина пополняем запас топлива и поворачиваем в направлении Гомеля. Вокруг тянутся равнинные поля с редкими лесами и населенными пунктами. Один за другим мы пересекаем мелиоративные каналы, выкопанные здесь при советской власти для осушения болот. Поднявшийся ветер сдувает с только что вспаханных полей песок, и кажется, что начинается пылевая буря. Зрелище напоминает густой туман, только желтого цвета. Мы тем временем подъезжаем к Дрогичину. Впервые он упоминается в 1452 году как деревня Довечеровичи. В 16 веке город по благосостоянию уступал только Гродно, Вильно и Бресту, но потом пришел в упадок. В Дрогичине находится завод «Экзон», выпускающий гематоген, аскорбиновую кислоту, сироп шиповника. Есть здесь предприятие по розливу минеральной воды и безалкогольных напитков, которые можно увидеть в буфетах и столовых нашего завода. По одной из версий, название Дрогичин происходит от древних племен западных балтов дрыговичей, по другой – от названия места, где чинили дроги – повозки для болотистой местности (дрыгвы).

Недалеко от Дрогичина, в деревне Закозель есть интересный памятник архитектуры – часовня-усыпальница Ожешко. Она построена в 1849 году в стиле неоготика и даже сейчас, находясь в аварийном состоянии, восхищает своим великолепием. Род Ожешко, когда-то владевший этими землями, построил себе что-то наподобие мавзолея. Как мы поняли, когда пробрались внутрь, в просторных полуподвальных помещениях должны были стоять саркофаги или урны с прахом усопших, а в верхнюю часть с арочными окнами и лепным потолком приходили их наследники и молились за спасение душ. Внутри усыпальницы видны следы работы «черных копателей», мусор. К сожалению, кроме таблички с надписью «Находиться внутри запрещено», никаких других мер по восстановлению уникального памятника архитектуры мы не увидели.

Наш путь лежит по Полесью все дальше на восток – мы проезжаем Ивановский район. Кстати, что связывает между собой увиденные нами костел Святого Андрея в Слониме и Жировичский монастырь, дворец Сапег в Ружанах и Каменецкую Вежу, дворец Пусловских в Коссово и церковь в Сынковичах? У всех этих сохранившихся и даже утерянных памятников архитектуры есть свой ангел-хранитель. Его имя – Наполеон Орда. 27 лет в путешествиях он собирал «осколки» национального прошлого и оставил в наследие более тысячи акварелей и графических работ. А родина его здесь – в деревне Вороцевичи Ивановского района. В 2007 году широко отмечалось 200-летие со дня рождения Орды. Эта дата внесена в специальный календарь ЮНЕСКО. К сожалению, двух третей объектов, изображенных на рисунках, уже не существует. Но во многом благодаря наследию Наполеона Орды восстановлены или отреставрированы усадьба Косцюшко, дворец Паскевичей в Гомеле, дворец Бутримовича в Пинске. Только благодаря рисунку Орды мы узнали, какой на самом деле была Каменецкая Вежа, пока ее не оштукатурили и не покрасили в белый цвет.

А еще Ивановская земля дала миру первого президента Израиля Хаима Вейцмана, который родился в деревне Мотоль. Родом из деревни Достоево предки российского писателя Федора Достоевского.

А мы тем временем въезжаем в Пинск – столицу Полесья. Окраины города напоминают большую промышленную зону – что-то вроде Шабанов или Колядичей. Погода портится окончательно, начинается дождь. Мы оставляем машины на центральной площади и идем прогуляться по городу. Объектов для осмотра здесь достаточно: коллегиум иезуитов 1648 года, монастырь францисканцев, дворец Бутримовича (в советские годы здесь был Дворец пионеров и школьников), красивый парк, улицы со старой застройкой, речной вокзал, река Пина. Не зря российский поэт Александр Блок сравнивал Пинск с Китеж-градом. По сохранившейся старой планировке, архитектурным памятникам и исторической застройке, Пинск занимает второе место в Беларуси после Гродно.

Местных жителей, отмечавших праздник 1 Мая, поразил Вова своим рыбацким костюмом и сланцами на босу ногу.

Вот так мы постепенно приближались к конечной точке нашего маршрута – реке Припять. Но, проехав несколько километров за Лунинец, мы увидели всю мощь разлива полесской артерии. Казалось бы, откуда взялось столько воды, ведь до этого несколько недель стояла сухая теплая погода? Впереди было море с редкими островками растительности и возвышенностями, на которых приютились дома местных жителей. Их совет был таков: «Даже и не пробуйте!». И на всякий случай давали телефон местного тракториста.

Ну что ж, нам уже доводилось изменять маршрут по ходу движения, поэтому не расстраиваемся и отправляемся в путь. Мы решаем искать место на берегу реки недалеко от хорошей дороги, в лесу – это уменьшает вероятность разлива. Итак, проехав всю Брестскую область с запада на восток, недалеко от Микашевичей находим живописное место на берегу реки Случь.

Улов-карпНебольшим ручейком вытекает Случь из лесных болот в 70 километрах от Минска, лениво проходит через луга и поля Слуцкого района, а ниже Солигорска, уже полноводной, прячется в леса, которые тянутся до самой Припяти. На прибрежной поляне среди дубов нашлось место всем 16 участникам похода, четырем машинам, палаткам, костру и другим атрибутам туриста. Не обремененные больше «обязательной программой», мы решаем оставшееся время посвятить отдыху. Рыбалка, песни у костра, волейбол, прогулки вдоль реки, даже ремонт машины – все находили себе занятие. Кстати, место здесь довольно людное: подъезжали машины, пару раз мы с высокого берега приветствовали байдарочников, сплавлявшихся вниз по реке. Погода опять баловала нас солнцем и теплом, и только ночью со 2 на 3 мая мы реально замерзли. Но это не испортило нам настроение, и уезжать домой очень не хотелось.

Домой

Выезжаем на трассу Минск – Микашевичи. Пустая дорога способствует осмыслению событий, произошедших за эти пять дней. В Минске одометр моей машины показывал 1115 км. Это все равно, что доехать до Берлина или пересечь Беларусь сначала с севера на юг, а затем с запада на восток. Многие могут сказать, что путешествуя на автомобилях, мы загрязняем окружающую среду. Да, в этом что-то есть, но попробуйте проехать такое расстояние на велосипедах, пройти пешком или на байдарках. Во время нашего путешествия мы посетили большое количество достопримечательностей и просто красивых мест Беларуси, проехали часть Полесья – край болот и рек, уникальной культуры, традиций и людей. Конечно, мы были очень сильно разочарованы тем, что не удалось побывать на Припяти. Но уже совсем скоро наша команда постарается это исправить. Мы едем в Гомельскую область! Читайте продолжение.



Добавить комментарий